СЕРГЕЙ АБРАМОВ

С каждой избою и тучею,

С громом готовым упасть.

Чувствую самую жгучую,

Самую смертную связь.

                 Н. Рубцов

                                                                                                                            

Род идет мой из тех, раскулаченных,                    
Русских, крепких в корню мужиков.

Значит, что-то и мне предназначено
Кроме дедовских ржавых оков;
Значит, что-то и мне предначертано
На моей, на крестьянской крови…
Знаю — слезы деревни истерзанной,
Пядь земли, да душа для любви.
 



 


ПРЕДИСЛОВИЕ

Почему, не смотря на то, что современные люди ежедневно впитывают в себя огромные потоки информации (большей частью совершенно не нужной), имея достаточно высокие знания обо всем окружающем мире, многие (хотя далеко не все) всё равно не перестают проявлять живой интерес к поэзии. Не потому ли ( и я в этом твердо уверен), что симфония формы и содержания стиха возвышает душу человека над всеми житейскими заботами, страстями, проблемами, катаклизмами, делает жизнь «гомосапиенса» более человечней, полноценней…

Беру в руки книгу русского мыслителя Ивана Ильина. Открываю почти наугад и сразу нахожу такое утверждение: «Мы, созерцающие поэты, уверены в том, что все, сущее на земле и на небе, может быть узрено или услышано нами и что все ждет от нас изображения и истолкования… Все, даже самое нежное и сокровенное…»

Сказано кратко, просто и вроде бы все понятно, но все же, давайте попробуем порассуждать. «Созерцающие поэты» – что это означает? Или скажем по-другому – что значит быть созерцающим поэтом? Общеизвестный смысл слова созерцать – видеть, лицезреть. Но давайте копнем поглубже. Посмотрим, что говорит об этом В.И. Даль: «созерцать что – внимательно или продолжительно рассматривать, наблюдать, смотреть со смыслом, вникая, углубляясь в предмет, изучая его, любуясь им; вникать во что-либо мысленно, разумом, духом. Видеть остро, насквозь, проницать». Исходя из этого толкования можно вполне уверенно утверждать, что «созерцающий поэт» должен смотреть на весь окружающий мир не только очами телесными, но и духовными, «вникать… разумом, духом»: слышать не только двумя ушами, но и своим внутренним душевно-духовным чутьем (если таковое имеется). Задача эта неимоверно трудная, поскольку, прежде всего она заставляет впрягаться в работу над самим собой, очищать свой внутренний мир от разного ненужного мусора, привнесенного извне.Мудрые святые отцы называют молитву искусством искусств. Большинство литературоведов поэтическое творчество тоже представляют, как искусство и, наверное, несправедливо думать, что это искусство совсем иного порядка. Поэт молится своими стихами – говорит мыслитель Иван Ильин. И мы не можем с ним не согласиться. “Искусство” – мастерство, требующее большого умения и вкуса. “Искус” – опыт, проба, попытка, испытание, дознание на деле, соблазн, прельщение. Вся эта многогранность действий присутствует как в молитвенном подвиге, так и в поэтическом творчестве, в самом акте сотворения стиха. Как тут не изворачивайся, но мимо Бога не пройдешь. Не пройдешь мимо Того, Кто одному дает талант сердечной созерцательной молитвы, другому – талант быть созерцающим поэтом, дает… на временное пользование. Отсюда можно сделать вывод, что “созерцающий поэт” – это тот, кто всеми творческими силами своей души стремится приобрести хотя бы малую лепту на поэтическом поприще, за данный талант (ту же самую цель преследует и молящийся, только уровни духовного развития могут быть разными). Как нет старца, у которого не было бы духовных чад, так нет и поэта без читателя.

Самым первым читателем всегда будет Тот, естественно, “Кто все знает и все видит, и все слышит”, и… Он же, своей щедрой рукой, дарит вдохновение. Человек – существо само в себе не настолько совершенное, чтобы самого себя награждать даром вдохновения (и созерцания). Перед своим Творцом он всю жизнь стоит с протянутой рукой. Ну, что сделаешь, пока дают просящему, надо просить. Каждый духовный наставник стремится воспитать не себе угодных, но Богу; так же и поэт, истинный поэт, стремится обратить взоры своих читателей не на себя, а на Красоту неземную, нетварую, вечную; изображая и истолковывая все сущее на земле и на небе, все то, что было созерцательно узрено им (хотя и тот и другой используют для достижения цели вспомогательные средства земные, рукотворные). Вот потому и не угасает в народе тот огонек, который согревает и поэтов, и читателей, огонек Неопалимой Купины.

На этом, пожалуй, можно и закончить рассуждения. Остается только в дополнение вспомнить краткое наставление из письма Николая Васильевича Гоголя поэту Николаю Языкову: “Стыдно тратить лирическую силу в виде холостых выстрелов на воздух, тогда, как она дана тебе на то, чтобы взрывать камни и ворочать утесы. Оглянись вокруг: все теперь – предметы для лирического поэта; всяк человек требует лирического воззвания к нему, куды ни поворотишься, видишь, что нужно или попрекнуть, или освежить кого-нибудь». Этот гениальный мудрый совет Н. В. Гоголя поэту не утратил духовно-нравственную, путеводную ценность и по сегодняшний день. А может, даже и более необходим сегодня каждому, кто посвятил свою жизнь поэтическому творчеству, или еще только собирается посвятить. Да поможет нам, Господь.
С почтением автор

 

Добавить комментарий